сип отъ y6'bMeBia нашего въ правдивости свнд%теи, можеть быть

сувџена со стр•Ьдою: подетъ вя обусловливается силою руки, ната-

пувшей таиву. Но аргументъ пула, пущевнаа изъ ружья;

сиа и ве вввнситъ отъ руки, спустившей вурвъ (рука иожет•ь быть

и д±тсваа), а отт механизма opyzia. Логически правидьный аргументъ

wne-•rca правильнымъ, в•Ьмъ бы ни был онъ дань —

ведомъ, или правдив%йшимъ челов±коиъ. Вотъ цочему намъ кажется

страннымъ, что т. Ярошъ представил жизнь Спинозы съ д±лью дока-

зать, что онъ был чктвый кь котораго можно отне-

стись съ дойрјемъ. „Мы можемъ, гоцјритъ нашь авторъ (стр. 18),

отнестись въ Спинозы, потому что это пря-

нщежитъ челов%ку, который нпвавъ йе можетъ быть причислень въ

людей, которые, по шабости нравственвато элемента въ ха-

рактер%, являются, въ обдасти искусства, дымящииъ факелоиъ Месса-

дины, иногда Ватинны, въ науки—не бябјей прцжса, а фаль-

шивою отъ воторй отдаетъ Мы можемъ только

ввиомвнть г. Ярошу, что, въ наущ довЫе прнйвяетса въ•Нхъ тол-

во случвяхъ, когда ученый являетса свид%телемъ факта (чтЬ чаще всего

бываетъ въ urecTB0BtBaiH). Нельзя не пожал±ть, что г. Иџюшъ не

жизнью Спинозы тавъ, вакъ ею можно было

зоватьса ди 06acHBHia многвхъ сторонъ его ве-

диаго философа ивтересва именно потому, что она служить превос-

ходною въ его съ другой стороны, его

двютъ бттый .MBTepi“b для n0HuaBia его жизвн: въ нихъ легко

найти схЬды которыя вывесь въ своей жизни Спиноза,

этотъ мученивъ за свободу мысли и сов•ђсти, этотъ homo liber (свобод-

вый чеиовПъ) по преимупшлву. И Спиноза допо бороли со сво-

пии страстями, пока дошел до того фвмх*ваго cnozoicTBia, когда

могъ сказать о челов±чивихъ страстахъ: „De affectuum itaque natura

et viribus, ас mentis in eosdem ptentia eadem methodo адат, qua in

de et mente egi, et humanu actiones atque appeti-

tus considerabo perinde, ас si de lineis, planis aut de corporibus

—etU 1). филшЮское d110k0icTBie ему, кавъ узујьтап не-

равной борьбы съ пресвдоптиями, и этика Спинозы пропов±дуетъ

уже обовь въ вратаиъ, въ ней уже н%тъ и с“довъ того

котораго еще встр±чаютса въ его богосдовсво-пшитичестмъ

трвтатЬ. Спиноза имдиъ свои страсти, простиъ людямъ все веди-

коо мо, ему причиненное, п уединился, но не какъ озлобленный само-

дюбецъ, MiPb, а вакъ святой, за него.

въ HcwpiH челов%къ, напбогЬе npH6uzuuitcg въ идеалу, дан-

ному Сивсителемъ, то это, конечно, Спиноза. Пройдутъ в•Ьва; его фи-

въ большей своей части, быть можеть, предано бу-

деть 3a6BeHio; но его жизнь навсегда останетса дучезарвою страницею

1) «а буду равсуждать о природ% и страстей и о сив разума

(сан оо 0TBomeBiD въ ввиъ такъ же, какъ выше разсуждвлт. о и дух±

и буду рвзсптривать OicTBia и побущенд какъ ени бн изсл%до-

вваъ uBiH, плоскости и Вш.»