— 242 —

сложныхъ и утонченныхъ между людьми,

найдетъ много очень наивнаго въ жизни нашихъ прямо-

душныхъ и простыхъ крестьянъ. Не мен%е очевидно и то,

что нын%шнее время,

время утонченной в%жливости

и прилич1й,— далеко ушло отъ старины, и современный

челов%къ уже начинаетъ стыдиться исполнять даже

изъ добрыхъ ' и естественныхъ обычаевъ ея; его щекотитъ

то, кь чему быль равнодушенъ или даже, ч%мъ дорожилъ

его предокъ. Но, кажется, всего бол%е можетъ отд%лять

одного челов%ка отъ. другого рознь въ мысляхъ, чувствахъ,

словомъ, въ всей духовной жизни.

Когда эта рознь обнаруживается между тьмъ, что

принято вс%ми въ обществ%, какъ здоровое трезвое, и

взглядами отд%льнаго челов%ка, не желающаго подчиняться

общественной является оригиналомъ,

эксцентричнымъ. По сложившимся людской, об-

щественной жизни, насквозь пропитанной явною и скрыт-

ною ложью и неправдой, попасть въ чинъ юродиваго—са-

мое легкое д%ло. Въ самомъ стоить РВШИТЬСЯ только

говорить вс%мъ и всегда правду безъ прикрась, безъ ли-

цемЫЈя и лести, стоить не дозволять себ% ни одного изъ

т%хъ лживо-гнилыхъ словъ, которыми покрываютъ себя

часто неискренность, обманъ и даже вражда, чтобы тот-

часъ же прослыть за юродиваго. Герои Достоев-

скаго—Левъ Николаевичъ Мышкинъ и Алекс%й Эедоро-

вичъ Карамазовъ („Идјотъ” и „Братья Карамазовы“) раз-

суждаютъ и диствуютъ не по логик% окружающаго ихъ

общества, а потому и являются странными.

Вотъ что на этотъ счетъ говорить у него старецъ

Зосима своимъ прежнимъ товарищамъ посл% того, какъ

совершенно изм%нилъ свою жизнь:

вамъ познать это

(т. е. мою жизнь). Я разъ въ жизни поступилъ предъ

вами истинно, и что же, сталь для васъ точно юродивый:

хоть и полюбили меня, а всетаки надо мной см%етесь

Но о св. юродивыхъ мы должны сказать, что рознь между

1) Братья Карамазовы, стр. 347.