ОЬоръ трудов по руссвому бог•тырсвому впосу.

127

стямъ. Весьма возможно, что «и былина о Тугарин% съ

Алешей и 1Њсни объ Идодипф — продукты ботве

древнаго czagaHia, ва составь вотораго можеть отчасти уи-

дать «CxuaHie о Шевскихъ богатыряхъ» 1). Подъ Тугариномъ

нужно разумтЬть подовецваго хана Туговэвана, подъ Идоди.

дищемъ, йроятно, Бонява, имя вотораго и въ руссвихъ, и

въ византшскихъ связано съ Тугорвановымъ.

Изв%стная додя чудеснаго въ врага обычна въ

народномъ и потому Тугорванъ моть дегво изобра-

жаться въ в_идгЬ свазочнаго дракона, въ воторомъ неуловимо

сплелись черты богатыря и чудовищнаго ЛМопись

своими ивйс'йдми о Тугорван± и Бонявв могла дать мате-

для оригинада быдинъ, близкаго въ «cEagaHim. «Воз-

становить и.зъ историческихъ данныхъ нашихъ

былинъ немыслимо, но между тЬми и другими могло нахо-

диться утраченное ввено древняго пгЬсеннаго въ

вотороиъ половцы игра.ди р о д ь, п е р е н я тую в п о сд 'Ьд-

с т в т а т а р а м и, и фонъ выступадъ

Связь Тугарина съ Добрыней должна быть отнесена въ бодве

повдней эпох±, во времени цикли<и

былинъ, когда преступная связь Марины и ВМ'Ья была вай-

нена ея любовными кь Тугарину, имђвшему

также образъ

отдвлъ посвящень быдинамъ объ

Адеш±— «бабьемъ Въ бод±е древнихъ были-

нахъ этотъ богатырь изображается сйдымъ, отважнымъ, на»

леннымъ значительного степенью дерзости, и только впосд±д.

является «бабьимъ пересм%шникомъ». Соединительнымъ

звеномъ между этими двумя чертами его образа могла быть

присущая древнему типу Алеши хвастдивость, понятая одно.

стороннимъ образомъ. Новаа черта оказалась настодьво

сильной, что засдонида другД и nepecMi:n-

никъ», «насмВшникъ становится обычнымъ эпите-

томъ Адеши. Съ чертами доведаса выступаеть, между про-

1) с.зи. ч о. вп.