— 303
дитъ безъ помощи разсухочныхъ
и пр. Но въ точномъ и строгомъ смыслВ
слова, • мы и этого не должны бы называть непо-
средственнымъ, потому что въ немъ предметъ не
прямо воспринимается душею, но чрезб •посреДство органовъ
чувствъ: •слуха и пр., которыя и оставляютъ на впе-
свой субъективный элементъ, свой отпечатокъ. Точно
также, говоря о Божества на нашь духъ; что мы
здВсь получаемъ познакйе непосредственное, мы должны
помнить, что употребляемъ это не въ .смысл± бун-
вально-точномъ. Первоначальное 1103HaHie 'о• Бой есть дм-
ствительно непосредственное но только въ томъ
смыслгЬ, что оно получается: не посредствомъ двятельности
разсудка, а 'BcJA;xcTBie нами деЬйствВ1 Божества. Но
оно не есть непосредственное въ томъ смысл±, что въ немъ
прямо • открывается челойку Божество, какъ оно есть само
въ себ± и человгвкъ созерцаетъ самую сущность Божественной
природы. Какъ предметы • не прямо входятъ въ нашу
душу и соприкасаются ей, такъ и объекты сверхчувственные
дыствуют.ъ на насъ при посредствуЬ соотвеђтствующаго
имъ органа, который мы назвали умомъ. Эта особенность
о • сверхчувственномъ очень важна • потому, что ею
предполагается уже, что не можемъ имвть. адэкватнаго,
вполн± точнаго и полнапо Божества, но
условное, ограниченное субъективными , законами и формами
того органа, который „служитъ' . средою при впечатлгЬ-
Mipa сверхчувственнаго. Такую ограниченность и услов-
ность о сверхчувственномъ мы можемъ опять объ-
яснить тою же .оъ чувственнымъ познанјемъ. Въ
чувственномъ 'мы не узнаемъ предмета такъ, какъ
онъ есть самъ въ себ (мы не познаемъ вещи самой въ себ'ђ,
по Канта), но только въ той мвръ, въ • какой
даютъ намъ знать. его наши чувства, изъ „которыхъ каждое
условливается въ своемъ отправле1т1 своимъ„ спе1јальнымъ
строенјемть и законами. Въ нашемъ чувственномъ
мыимгђемъ не: самый предметъ, но. тољко впечатлгВнЈе предмета,
„стороны ! его и въ тюмъ видгВ, въ какомъ онгв являются
намъ при данныхъ • чувствъ . и законовъ
эмпирическаго познан1я. Точно тоже им±етъ мгђсто и въ позна-