84

Этими выдержками подтверждается, что, по за-

падно-католическаго церковнаго права, духовенство вправЬ

требовать лично для себя десятины, какь обязательной по-

винности, какъ законнаго, правом±рнаго за

оказываемыя народу духовныя милости.

Иной взглядъ на цеЬль и десятины проводится

въ и русскихъ пастырей церкви. Такъ,

въ изуЬстномъ епископа кь одному

изъ сыновей князя Александра Невскаго говорится о деся-

тинт То дано клирошаноть на потребу, и

старости, и немощи, и въ недугь впавшихъ чадъ мнотљ

обидимымъ помоганье, страньнымъ

въ глад± плфньнымъ сиротамъ и

оубогимъ вдовамъ noc06ie... церквамъ и мона-

стыремъ подъятье и пр.“ Въ „ПоученыЬ же кь сыномъ и

дщеремъ духовнымъИ, помћщенномъ въ Румянц. Кормчей

„М 230, выражено: „Десятиноу же отъ всего иж•йа своего

лоучьшее отёмъ, дажь Богови. съкоупиже Ш, дрьжи оу себе,

да отъ того даёши сирой, и вдовици, и страньноу, и попомъ

и оубогымъ". 1)

Отсюда видно, что на Руси десятина предназначалась

главнымъ образомъ для самихъ широкихъ за-

дачљ благотворительности, причемъ лично въ пользу клира,

если и отд±лялась какая-либо часть десятины, то лишь для

крайнихъ его нуждъ, да и то въ вишь мило-

стыни, а не какъ юридически-обязательное за

оказываемыя духовныя которое на запад± ана-

чило въ сущности высшаго духовенства.

Мало того, въ древне-русскихъ Номоканунцахъ, полыо-

вавшихся большою и только съ конца

XIV Ака причисленныхъ, подъ именемъ „худыхъ нома-

канунцеуь", кь разряду книгь запрещенныхъ, содержится

изъ котораго можно заключить, что люди

изъ стараго русскаго духовенства относились даже прямо не-

одобритељно кь вн±шнимъ признакамъ проявляю-

щимся въ богатыхъ и обильныхъ вкладовъ въ

пользу монастырей и церквей, въ ущербъ истинно-спаситель-

нымъ д±ламъ и милостыни: „Аще кто дасть село

1) Н. С. Суворова: „СгЬды" и пр., стр. 188, 189, 195 (прим. 302).