— 260 —

кь предметамъ религЈи для Гегеля требовалось въ ннторе-

сахъ самой философЈи; иначе, она должна бы отказаться

отъ самой существенной и наивысшей областн знапи,

— зна-

объ абсолютномъ. Поэтому-то Гегель со всею силою

своей возстаотъ противь этой „философй1 незна-

по кь Богу и вещамъ божественнымъ; этимъ

объясняется его желчная, часто односторонняя полемика

противь Канта, Якоби, Шлейермахера и совершенное уни-

заслугъ перваго въ области какъ порваго

виновника незнанћя"

Если бы такая защита правь разума касалась только фило-

софскаго о Боггь, если бы она им±ла 11'b3i10 c110Ba

ввести въ ея область тв предметы высшаго ВТдгЬП(П, кото-

рыо исключены были изъ нея Кантомъ и Якоби, то, неза-

висимо отъ того, удачна иди неудачна была бы подобная

попытка, самое кь тому мы должны бы признать

вполн± законнымъ. Но по естественному увлечетю k0.TanieMb

отстоять права разума, Гегель распространплъ 3TI.I права п

па которыя зависятъ по отъ одного только

разума и не изъ него одного проистекаютъ. С..тЬдствЈомъ

этого явилось одностороннее пониманје одного изъ такпхъ

явленјй—религйи.

Существенный недостатокъ какъ всей Гоголя

вообще, такъ и въ особенности его релпгт,

состоитъ въ односторонпемъ пониманји сущности духа (бу-

деть „чи то духъ абсолютный или qe,troybqockiii), какъ разума

или принимая это слово въ широкомъ значопћ[,

какъ процессъ теоретическаго восхо;цящаго отъ

самыхъ пизшихъ формъ (непосредствепнаго . созналйя п чув-

ственнаго воззр'ЬтЈя) до самой выстой (спекулятивной фп..то-

софји). По разумъ пе составляетъ всой сущности нашего

духа; онъ есть только одпа изъ формъ ого па

ряду съ которою стоять чувство и воля. Поэтому и

будучп понимаема ка.къ выраже1йе отношепт нашего духа,

во всей полнот± ого духовной природы, кь Существу высо-

чайшему, не можетъ быть ;џЬломъ или ирпиадлежпостјю

одной какой либо психической силы.

Если бы въ разумгЬ, въ знанЈп о религјозпыхъ предметахъ

состояла сущность ролигш, то мы въ прав± были бы сказать,